Психотерапевт Андрей Геннадьевич Бабин  
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!
На сайт психотерапевта Андрея Геннадьевича БабинаЦЕНТР ДОКТОРА БАБИНА
Какую психологическую помощь мы можем оказать?ДАВАЙТЕ ЗНАКОМИТЬСЯ
Анкета. Резюме. Профессиональная подготовка. Публикации.ВИРТУАЛЬНЫЙ КАБИНЕТ
Жизненные истории тех, кто обращается к нам за помощью

 

Болезненная тяга к совершенству тела

СТРЕМЛЕНИЕ К СОВЕРШЕНСТВУ ТЕЛА... ДИАГНОЗ?

Поскольку я — врач, буду говорить в основном о патологии, психических отклонениях, связанных с обновлением человеческого тела при помощи разнообразных «запчастей». Как отражается на личности замена по медицинским показаниям пришедших в негодность кровеносных сосудов, зубов, почек, конечностей и прочих деталей организма? Это не предмет для беседы с психотерапевтом и, тем более, с психиатром. Основательные замены чреваты физическими ограничениями, которые, понятно, не могут радовать. Человек испытывает в той или иной степени физический дискомфорт, иногда горе, находится в состоянии стресса — в зависимости от масштабов потери и качественности заменителя — но, если он здоров душевно, то со временем преодолевает депрессивную реакцию, стеснение от того, что его тело теперь не «оригинальной заводской комплектации», а словно бы после капремонта.

Полноценная личность вообще адекватно относится к своему облику и телу, принимая даже их возможные весьма плачевные изменения и переживая и изживая свои комплексы по этому поводу в рамках нормальной реакции. Пора таких глобальных печальных изменений — старость. И все мы понимаем, что красиво и достойно стареть вовсе не означает самозабвенно горевать по поводу изменившейся фигуры или появившихся морщин и изо всех сил молодиться.

ПРОБЛЕМА НЕЖНОГО ВОЗРАСТА

В подростковом и юношеском возрасте это еще даже не проблема, а так, проблемка, и имя ей — синдром дисморфофобии (неприятия, отрицания собственной формы, то есть внешности). В период полового созревания, когда ребенок превращается во взрослого, он часто стесняется своего облика — ему кажется, что все обращают внимание, допустим, на его прыщик, или длинный, по его мнению, нос; девушки часто стесняются груди. Восприятие своего тела или частей тела как не соответствующих представлениям подростка о норме; поведение, направленное на исправление этих недостатков, более-менее типичны для несформировавшейся личности. Для нас, взрослых, с высоты нашего опыта такого рода мучения кажутся ерундой, но для самих страдальцев они нешуточны.

Слава богу, дети в большинстве своем «перерастают» болезненное самовосприятие, переключаясь на более значимые и насущные вопросы бытия. Однако кое-кого недовольство самыми разными фрагментами своего тела сопровождает пожизненно, и это уже вполне уместно обсудить со специалистом моего профиля.

ИСКЛЮЧАЕМ ОСОБЕННОСТИ LIFE-STYLE И ПРОИЗВОДСТВЕННУЮ НЕОБХОДИМОСТЬ

Учтем, однако, что стиль жизни, скажем, современной обеспеченной женщины предполагает некие усилия в области улучшения собственной внешности, включающие и хирургическое вмешательство: у дам среднего возраста и несреднего достатка обычны всякого рода коррекции овала лица, век и шеи, липосакция и т.п. Если есть время и деньги — почему бы и нет? Только надо отдавать себе отчет, что обращение в косметическую клинику сродни посещению наркопритона — почти всегда хирургическая интервенция требует поддержания и следующих вмешательств, и вы становитесь постоянным клиентом косметологической лечебницы, причем зависимость образуется вовсе не психологическая, а вполне объективная. Но это — дань моде, образу, вылепленному гламурными журналами, своему статусу… Главное здесь — чувство меры.

А представители некоторых профессий — топ-модели, звезды шоу-бизнеса — вообще неустанно трудятся над собой, то подкачивая силикон в разные места, то изменяя разрез глаз. Мотивация действий такого «человека-брэнда» вполне оправданна: работа есть работа; ему, в конце концов, за это платят. Хотя, если вспомнить маскоподобное лицо Майкла Джексона, то становится понятно, что и среди «профессионалов» попадаются вполне клинические случаи.

ТРЕБОВАТЕЛЬНАЯ ДИСМОРФОФОБИЯ

Поведение, направленное на стремление изменить свою внешность без достаточно веских показаний, вызвано дисморфофобией, о которой я упоминал, но уже не юношеской, а вполне зрелой и устойчивой. Она может развивается в рамках психотических расстройств, в частности, шизофрении, а также при депрессии, когда падает самооценка и человек может ощущать, что он как-то исключительно безобразно выглядит. Самая опасная и иллюстративная форма дисморфофобии сопровождает нервную анорексию. Человек кажется себе отвратительно толстым — даже при весе в 30 килограммов — и практически перестает есть. Пожалуй, это единственное психическое расстройство, непосредственно связанное с угрозой для жизни больного, которому грозит истощение и, как следствие, смерть.

Впрочем, при анорексии лечь на операционный стол не тянет, а вот если дисморфофобия направлена на вторичные половые признаки (грудь, бедра, талия у женщин), а иногда даже и на первичные (пенис у мужчин), и если для прекращения душевных терзаний требуется, по мнению пациента, оперативное вмешательство… — тогда это имеет прямое отношение к теме нашей беседы. Причем усилия могут быть направлены как на акцентирование гендерной принадлежности (увеличение бюста у женщин), так и на смену пола. Правда, транссексуализм — расстройство половой идентификации — явление довольно редкое. В России производят операции по смене пола, но те, кто прошел через это, обычно скрывают свое прошлое и уж, во всяком случае, к психиатрам, как правило, не обращаются.

Недовольство могут вызывать любые детали внешности, например, нос (синдром Сирано де Бержерака). Допустим, ринопластика осуществлена, нос пациента теперь вполне устраивает, и какое-то время он даже способен чувствовать себя вполне довольным, но потом оказывается, что ему мешают жить уши, препятствует счастью форма губ или подбородка.

ГЛАВНОЕ — ПРАВИЛЬНО ВЫБРАТЬ ВРАЧА

Озабоченность своими «деталями», упорное стремление «урезать» или «наставить» характеризуется полным отсутствием критики — человека нельзя убедить в том, что он не прав — представление о пороке его внешности никакими внешними факторами не коррегируется, и не одно, так другое всегда будет объектом его пристального внимания.

Такое состояние сравнимо с шизофреническим расстройством: больной полагает, что соседи через стенку воздействуют на него какими-то вредоносными лучами, прослушивают квартиру. Что делать? — приходится менять жилище. На какое-то время наступает ремиссия, человек успокаивается, но потом замечает, что новые соседи занимаются тем же самым черным делом. Чувство безнадежности обостряется, депрессия усиливается, и приходится еще раз переезжать, хотя проще было бы пойти к доктору.
Здесь такая же ситуация: жаждущим бесконечных пластических операций не к хирургу следует обращаться, а к специалисту, который изменит их отношение к своей внешности.

КОРНИ БОЛЕЗНЕННОЙ ТЯГИ К СОВЕРШЕНСТВУ

Недовольство своим обликом, стремление улучшить его — универсальное переживание, свойственное, в основном, конечно, женщине: она хочет нравиться, быть привлекательной; а тут еще огромное тиражирование «мировых стандартов» лица и фигуры в кино, журналах, на телевидении. Но полноценная, здоровая личность всегда корректирует то, что ей в блестящей рекламной упаковке навязывает социум. Бывает, что такое стремление к подражанию внедряемым стереотипам становится болезненным, недовольство параметрами фигуры или лица нарушает жизнь личности — человек чрезмерно застенчив, стыдится себя, что мешает его профессиональной самореализации, полноценному общению с представителями противоположного пола, да и вообще со всем миром.
Например, женщина полагает, что у нее маленькая или некрасивая грудь, и поэтому избегает всяких отношений с мужчинами, потому что если дело дойдет до интима, то она ни за что не рискнет обнажиться. Причем всегда, даже в ситуациях, когда ее внешние данные не играют никакой роли, она держится скованно, зажато, ни на секунду не забывая о своем «дефекте». Такая проблема — предмет для работы психолога, психотерапевта, психиатра.

Корни дисморфофобии, считают психоаналитики, в отсутствии сформированной самооценки, неуверенности в себе как в личности и как в биологическом существе. Допустим, женщина убеждена, что жить на этом свете стоит только в обличии легкой, длинноногой, стройной красавицы, а у нее коротковатые ноги, и вообще она склонна к полноте. Следовательно, делает она вывод, я — полное ничтожество, никому не могу нравиться (себе-то я не нравлюсь), поэтому жизнь не удалась. Если при этом у женщины деятельный характер, она начнет самозабвенно «лепить» свой образ, и это станет целью ее жизни.

Как ни странно покажется на первый взгляд, низкая самооценка свойственна людям нарциссического склада — они хотят любоваться собой, но при этом видят себя лишь отраженными в чьих-то глазах, вне мнения окружающих их почти что и нет, они обесценивают себя как личность. Выделяется тенденция к грандиозному нарциссизму: человек агрессивно требует от окружающих признания; а возможна и депрессивная его форма — человек тоже требует признания, но робко, и склонен огорчаться из-за того, что его недостаточно оценивают.

Без стороннего подтверждения ее совершенства (в данном случае физического) такой личности приходится очень трудно, потому что она вообще сомневается в существовании своего внутреннего «я». Следствие — гипертрофированная озабоченность собственными экстерьерными данными, стремление привлечь к себе внимание, демонстративное поведение.
Нередко люди истерического склада ведут себя похоже.

ГЕШТАЛЬТ ДОЛЖЕН БЫТЬ ЗАВЕРШЕН!

Итак, личность с дисморфофобией не находит внутренней опоры, чтобы ориентироваться на какие-то иные смыслы и цели жизни, кроме своей внешней формы. С точки зрения гештальтпсихологии, складывается весьма логичная и убедительная картина. Очень огрубляя эту концепцию и крайне ее упрощая, попробую все же описать дисморфофобию с ее позиций.

Гештальтпсихология (от нем. Gestalt — образ, форма) предполагает стремление человеческой психики к созданию целостных, завершенных структур (гештальтов), упорядочивающих и завершающих ряд явлений. То есть, человек испытывает потребность ощущать свое целостное «я», завершить образ, но — коль скоро внутреннее «я» отсутствует — он вынужден это компенсировать гипертрофией внешнего «я».

Единственный завершенный гештальт для нарциссической личности со склонностью к дисморфофобии — он (или она) неотразимый красавец (или красавица). Для нее недопустимо жить с физическим изъяном: как он будет преумножен, многократно отразившись в окружающих! Это трагедия. Таким людям трудно стареть, они очень тяжело адаптируются к кризису второй половины жизни.

Для человека с нормальной психикой тело — средство для достижения личностных целей, но не самоцель, не вершина треугольника, а, скорее, его основание. Естественно, если тело молодое, здоровое, красивое, с его помощью личностные цели достигаются легче, нежели с помощью некрасивой и дряхлой оболочки, и это касается абсолютно всех сфер жизни. Но человек, ориентированный на цели и на смыслы, даже если, не дай Бог, его постигнет какое-либо несчастье, отразившееся на облике, пережив стресс, примет, в конце концов, динамику образа своего тела, примет свою оболочку такой, какова она есть, пусть для этого ему придется сместить свои цели, поменять профессию, образ жизни. Изменение не вызовет психического расстройства — личность примет свой новый гештальт, дополнив его тем, что есть у нее за душой.

ДУХ И ТЕЛО: КТО ГЛАВНЫЙ?

Вспомним жену сэра Пола Маккартни. Она была моделью, но в автокатастрофе потеряла ногу. Для женщины, которая ощущала бы себя только «профессиональной красавицей», это было бы концом жизни, но не для Хизер Миллз. Она занялась общественной деятельностью, защитой животных, написала книгу, стала, наконец, после этого женой одного из "Биттлз" и родила ему ребенка. А для личности нарциссического типа это было бы концом жизни.

Тело может быть разным, его могут покалечить, оно подвержено амортизации, и, естественно, в пределах здравого смысла его просто необходимо реставрировать, заменяя негодные части. Главное, не переусердствовать в стремлении к совершенству; и касается такое пожелание в основном поклонников эстетической хирургии. Разумнее решить проблему на уровне сознания. А утрата внешних достоинств не должна вылиться в утрату себя, и с тем, кто обладает душевным здоровьем и стойкостью, этого не случается. Тело и личность — не одно и то же.

А. Бабин

Интервью журналу «Здоровье от природы» — май 2005
(литературная обработка фонограммы — Лариса Казарьян)

 

В Виртуальный Кабинет В начало статьи
 

 

Copyright © 2002-2017 Андрей Геннадьевич БАБИН и Елена Александровна ЧЕЧЕТКИНА.
Все права зарезервированы.

 

Rambler's Top100